Апр 02
Сен 28
Когда мне было лет 17, я жил в деревне Экимань Полоцкого района. И был у моего приятеля Антона песик, которого звали Друня.
Друня был небольшим, сантиметров 25 в холке, короткошерстным и толстым, как сосиска. Это не шибко типично для деревенских собак, но во-первых, Друню обожали хозяева, а во-вторых, он успешно отбирал харч у всех окрестных собак своего калибра. А однажды охренел настолько, что попытался обожрать даже громадного соседского кавказского овчара Барика. Барик был на удивление добродушным для своей породы, легко давал себя гладить, когда рядом был хозяин. Даже мог и лизнуть, обслюнявив с ног до головы. Но нахальство Друни снес только один раз, и то видимо, от офигения неимоверной борзотой мелкого кабыздоха. На второй раз Барик так рявкнул на Друню, что тот с воем умчался в сторону своего дома, врезался в забор, а потом еще пару часов сидел где-то под поленницей. Бабушка Антона переживала, как бы сердешный не окочурился с перепугу. Но Друня был не таков.
Одним из самых достопамятных подвигов аццкого пса, была его самоотверженная атака на трактор. Антон сидел у дома, что-то читал. Друня, ясное дело, валялся около него, нарываясь на почесывание загривка, к которому он питал какое-то совершенно извращенное влечение. Стоило Друне там почесать, как у него растягивалась до ушей пасть, начинали дергаться ноги и, пардон, вставал хуй.
Как раз в это время, мимо дома ехал трактор “Беларусь” типа “говновоз”. Это было зеленое ржавое сооружение, тащившее неизменный двухтонный прицеп коровьего говна с фермы. Было дело, прицеп перевернулся на стену школы, и все ее ученики, в том числе и я, были просто в восторге от этого нежданного косметического ремонта.
Друня любил с истошным лаем гоняться за этим трактором. Сейчас же, он решил превзойти самого себя, задав трепку презренной вонючей громыхалке. Он сорвался с места, совершил молниеносный спринт, подпрыгнул - и вцепился зубами в резиновый брызговик на заднем колесе говновоза. Хрен его знает, то ли зубы застряли, то ли челюсти судорогой свело, то ли все-таки была надежда, что трактор попросит пощады… Короче, Друня висел на брызговике метров тридцать. Потом оторвался и горделиво потрусил домой.
Антон после этого не выдержал. Он взял синюю краску, намалевал на боку Друни большую надпись “BOSS”, и каким-то чудом не дал ему слизать краску прежде, чем она засохла.
Друня дефилировал так по деревне месяц, пока надпись все-таки не стерлась…
![](<a href=http://blogowar.ru/soldier/2150><img src="http://blogowar.ru/herbs/2150.gif" width=25 height=25 border=0 alt="Блоговар - война блогов"></a>)
Сен 28
Примечательные персонажи есть везде. Даже в самом мертвом захолустье, даже в деревне на полтора десятка жителей - всегда найдется некто особенный и яркий. Не обязательно симпатичный, но уж точно запоминающийся. И про него можно рассказывать много и со вкусом, правдиво - и не очень. В общем, просто рассказывать.
По-настоящему он был Славкой Коробовым, СлавОном… Здоровый, кряжистый, с пшеничными лохматыми усами и пунцовой рожей. Пребывающий в состоянии практически непрерывного алкогольного опьянения. Трезвым я его почти не вспоминаю. Да и не стоит - ведь трезвость очень ощутимо нарушала его ценность в качестве передвижного шоу.
Сен 28
Любой спор развивается от сложного к простому и от разума к сердцу.
Спор имеет пять стадий.
1. Стадия преткновения. На данном этапе, оппоненты выясняют, что существует проблема, в которой их мнения расходятся. Тем самым, образуется некое пространство спора.
2. Стадия объективного несогласия. Оппоненты начинают доказывать свою правоту, прибегая к опыту человечества. В ход идут любые знания, полученные из посторонних источников. Стадия заканчивается тогда, когда оппоненты исчерпывают запасы знаний.
3. Стадия субъективного несогласия. Исчерпав знания, спорщики начинают объяснять свою позицию, прибегая уже к аргументам, порожденных собственным опытом. Появляется некоторый эмоциональный момент. Доводы и контрдоводы, начинаются со слов: “Я думаю…” или “Мне не нравится то, что…”
4. Стадия меряния Дао. Оппоненты утверждают, что они правы потому, что прожили жизнь и что-то в ней сделали (достигли). Например: “Молодой человек! У меня два высших образования, а вы учите меня вскапывать грядки!” Логика уже полностью отсутствует, спор ведется от сердца.
5. Стадия дзенского спора. Именно тут со спорщиками случается озарение и они понимают, что любой спор сводится к одному доводу и одному контрдоводу. Причем, по сути они одинаковы. Более того, оппоненты осознают, что именно отсюда следовало бы и начать выяснение отношений, сохранив много бесценного времени. Все равно, друг друга не переубедишь! Открывается картина идеального спора, его квинтэссенции. Это выглядит так:
Сходятся двое или несколько.
Первый: -Пошел на хуй!
Второй: -Сам пошел на хуй!
Третий: -Оба пошли на хуй!
…: -На хуй!
…: -На хуй!
Все пожимают друг другу руки и расходятся довольные.
Сен 11
Исподнее развесив для просушки
Июльской благодатною порой,
На лавочке веселые старушки
Хуями кроют социальный строй.
И хлеб ломают ручками в артрите,
Швыряя оборзелым голубям.
Как мало нынче надо, посмотрите,
Чтоб не поддаться старческим скорбям.
А лето наливается ранеткой,
По мусорным бачкам шуршит, как бомж,
На корте скачет бизнесмен с ракеткой,
Топорща стрижки криминальный еж.
За баксы может он купить Европу,
Но многократ счастливей, у пруда,
Лягушек надувает через жопу
Детишек озорная череда.
И греет солнце, и асфальт растаял,
Для вечности храня следы подошв,
Несется над двором пернатых стая,
Внезапный гром, и вот попал под дождь
И двор, и пруд, и бабкины рейтузы,
До ниточки промокшие, висят.
Хозяева белья теперь в конфузе,
И мечут небу трехэтажный мат.
А после - вечер, и совсем не жарко,
И месяц, как застрявший в шапке гном,
И бомж пугает девушек у парка
Малиновым от выпивки еблом.
А чай горячий греет чрево кружки,
И в каждой капле чувствуется жизнь,
И хочется обнять небес подушку,
Шепча сквозь полудрему: «Заебись!»
(9 апреля 2004 г.)
Авг 31
Старуха Маркеева в свою довоенную молодость была активисткой стахановского движения. Она вообще почти всю сознательную жизнь вкалывала, как лошадь Микулы Селяниновича. Не удивительно, что к старости у нее скрючило не только спину, но и мозги.
В общем, когда Маркеиха решила, наконец-то, помереть - она уже была просто не в состоянии сделать это без фокусов. Агония девяностодвухлетней бабки заключалась в том, что она взяла серп, пролезла сквозь дырку в заборе к соседу Шаповалову, сжала половину его травосея, перетаскала к себе, аккуратно расстелила вдоль грядок, а потом жахнула стакан квасу из маньчжурского гриба, легла на диван - и угадайте с трех раз, что с ней произошло.
Все мы там будем.
Внук через два часа приехал - привез жену с двумя оглоедами лечить городской авитаминоз. Сначала подумали, спит бабка. Потом оглоед, который помладше, полез ее будить.
Визжали на три голоса - жена и дети. Муж успокаивал - тоже стекла дрожали.
Короче, хорошо в деревне летом!
А потом стало еще лучше.
Авг 31
Макс является ко мне около двух часов дня. На дворе июнь, жарко. Но он в своем неизменном прикиде: стрелочками брюк можно делать харакири, пиджак отглажен так, что с него соскальзывают мухи, галстук не помню за давностию лет, но уверен, что и он был комильфо.
Он заходит, зовет меня. Я откликаюсь из комнаты. Макс образуется в дверях и швыряет дипломат на кровать.
-Ненавижу! - прочувствованно говорит он.
Он вернулся с подготовительных курсов в университете. Кажется, ему снова досадил преподаватель Цивис. Макс не в себе.
-Вова, пошли на улицу.
Мы выходим. Он расстилает картофельный мешок в кузов двухколесной тачки, плюхается на него.
-Мне хреново, - говорит он.
Я молчу. Макса не надо жалеть, Его достаточно просто не трогать…